ВОЕННОЕ ДОКТРИНЁРСТВО

Опубликовано:
Источник: оригинал
Комментариев: 339
4.2
Средняя: 4.2 (голоса)

Длинно на военную тему.

Формализм – это «соблюдение формы в ущерб содержанию».

Каждый человек знает, что важна не форма, а содержание, но в жизни глуповатые или просто ленивые люди очень часто запоминают формы (заучивают разного рода инструкции, уставы), и следуют им. И порою искренне уверены, что формы это и есть содержание. (К сожалению, это главенствующий способ мышления, вбитый в головы все тем же современным образованием). Практически тем же самым, что и формализм, является бюрократизм. Принятое в словарях определение бюрократизма – «пренебрежение к существу дела ради соблюдения формальностей». По смыслу к этим понятиям примыкает и доктринерство – тупое следование, но уже не формальностям – не инструкциям, а некой «теории».

Когда-то генерал-лейтенант ещё той, русской императорской армии Е.И. Мартынов, окончивший в 1889 году Академию Генштаба, а в русско-японскую войну командовавший полком, написал о видимых им результатах обучения в этой, тогда «Николаевской академии Генерального штаба»: «Вместо практических деятелей она воспитывает доктринеров, которые для военного дела несравненно опаснее круглых невежд».

И вот меня заинтересовало в данном случае то, что во время обучения Мартынова в Академии Генштаба, ею командовал генерал-адъютант М.И. Драгомиров, считающийся наиболее выдающимся военным теоретиком России, то есть, по мнению Мартынова именно Драгомиров воспитывал из российских офицеров тех, кто для военного дела «опаснее круглых невежд». Воспитал тех самых доктринёров, которые по результатам Первой мировой войны показали такое военное умение, что западные эксперты сделали вывод относительно силы российской армии, возглавляемой выпускниками Академии Генерального штаба, – при равной численности армия Российской империи была в пять раз слабее немецкой. Заметьте – не на 5%, а в пять раз!

Числа навскидку: на 1914 год в российской армии мирного времени служило 1,423 млн. человек, а в германской армии мирного времени - 0,761 млн, вместе с армией Австро-Венгрии – 1, 239 млн. человек. После мобилизации численность русской армии – 5, 338 млн. — опять-таки больше, чем армии Германии и Австро-Венгрии вместе взятые. Так ведь к русской армии нужно добавить силы армий Британской и Французской империй, Италии и, в конце концов, США.

А немцы, тем не менее, отняли у Российской империи Прибалтику и Польшу.

Итак, Михаил Иванович Драгомиров.

Википедия, перечисляет труды Драгомирова – «наиболее известны: «Очерки австро-прусской войны 1866 г.», курсы тактики (1872), «Опыт руководства для подготовки частей к бою» (1885—1886) и «Солдатская памятка» (1890). Много статей Драгомирова печаталось в «Военном Сборнике», «Русском Инвалиде» и «Артиллерийском Журнале»», - и считает Драгомирова крупнейшим «военным теоретиком Российской империи 2-й половины XIX века». Но если вдуматься, то этого мало -  так считать недостаточно!

На самом деле именно Драгомиров, по сути, разработал и вбил в умы остальных отечественных «военных теоретиков» основополагающий принцип тактики русской армии, поскольку все последующие теоретики учились и преподавали в этой же Академии Генштаба. То есть, именно Драгомиров разработал тот принцип ведения боёв подразделениями русской армии, с которым русская армия воевала не только во 2-й половине позапрошлого века, а и в Русско-японскую, и в Первую Мировую войну, и во всех войнах СССР. По крайней мере, именно такой тактике обучали меня на военной кафедре в начале 70-х прошлого века, именно эту тактику вы увидите на фотографиях и кинолентах с мест военных учений Советской Армии до самого её бесславного конца. И, наконец, предметным символом живучести этих принципов является штык на автомате Калашникова.

Так вот, домашний арест характеризуется наличием времени, которое без ареста используешь на другие цели. И это появившееся время бездеятельности надо потратить на что-то, чтобы не просто ожидать смерти (не молодой уже), посему и не хотел бы, а читать приходится. И очередной прочитанной книгой оказалась «Австро-прусская война. 1866 год» М.И. Драгомирова.

Что можно сказать в общем об этой книге?

В основе рассуждений Драгомирова лежит общеизвестная и понятная всем мысль, которую один из выдающихся военачальников той войны прусский принц Фридрих-Карл даже предъявил в своей инструкции войскам: «Великий полководец сказал, что успех кампании зависит на ¾ от нравственной и на ¼ от физической силы».

Драгомиров эту понятную мысль разделяет и обосновывает итогами описываемой им войны, разве что от себя, теоретика, вносит требование к офицерам - «знать теорию». И в заключение его книги эта мысль о моральной силе несколько многословно даётся в таком виде (выделено им):

«Заключаю очерк кампании тем, что не раз говорил, и не раз, вероятно, должен буду еще сказать: усовершенствованное вооружение, хороший план, знание войсками техники дела, значат, конечно, очень много, но значат не более, как нули, когда левее их стоит единица: они увеличивают количественное, но не качественное значение ее; сами же по себе ничего не значат. Эта единица в военном деле, как во всем и всегда, человек. Там, где он энергичен, где он не находится под нравственным гнетом известного склада отношений, или под умственным — известных теорий — дело пойдет хорошо; если техника и хорошее оружие есть — пойдет притом и легко; если то и другое не вполне удовлетворительно — пойдет труднее, с большими потерями, но все же пойдет.

Там же, где человек привык всего бояться, где его энергия притуплена, нравственная самостоятельность преследуется как нечто вредное, там он по необходимости будет бояться и неприятеля: не настолько, может быть, чтобы бегать от него при первой стычке, но настолько, чтобы носить вечно в себе язву нравственного убеждения в невозможности его победить.

При таком состоянии нравственной стороны никакое совершенство оружия и техники не поможет, ибо то и другое помогает преодолевать препятствия на пути к известной цели, но не учит задаваться этой последней решительно и безвозвратно. Последнему выучить нельзя: последнее дается только выработкой личной энергии солдат и начальников; без нее усовершенствованное оружие будет более вредно, нежели полезно, ибо поведет только к трате патронов, более быстрой и бестолковой, чем при прежнем оружии; совершенство в технике будет более вредно, нежели полезно, ибо она, уча преодолевать препятствия, в то же время показывает и всю их силу, т.е. людям нерешительным доставляет только благовидные предлоги к оправданию недостатка решимости».

В целом нет никаких возражений против мысли, что главное – это моральная сила, но если вы присмотритесь, то у Драгомирова такой фактор, как качество оружия у бойца, резко отделяется от моральной силы бойца, дескать, если боец морально силён, то он с любым оружием справится с противником. Кавказскую поговорку «У храбреца и щепка – кинжал» Драгомиров принимает, как истину в последней инстанции, ничуть не задумываясь, а будет ли храбрец храбрецом, если у него вместо кинжала будет щепка?

Описываемым в книге опытом Австро-Прусской войны Драгомиров стремиться обосновать выдернутую из контекста суворовскую мысль: «Пуля – дура, а штык молодец!». Мало этого, Драгомиров формирует эту мысль в доктрину, что главным оружием боя является штык, а пули – это дело десятое. Однако, во-первых, во времена Суворова стрелковое оружие всё еще было столь несовершенным, что даже ружейный огонь на дальности свыше 60 шагов был пустой тратой пороха и свинца, а, во-вторых, ведь сам Суворов отнюдь не считал штык главным оружием пехоты.

Это нам тот же Драгомиров, как бы от имени Суворова, вбил в головы эту мысль о главенстве штыка, а на самом деле эта мысль Суворова всего лишь эпизод в главке «Атака» суворовской «Науки побеждать». А вся эта главка учит:

«Береги пулю на три дня, а иногда и на целую кампанию, когда негде взять. Стреляй редко, да метко, штыком коли крепко. Пуля обмишулится, а штык не обмишулится. Пуля – дура, а штык – молодец! Коли один раз! Бросай басурмана со штыка! – мертв на штыке, царапает саблей шею. Сабля на шею – отскокни шаг, ударь опять! Коли другого, коли третьего! Богатырь заколет полдюжины, а я видал и больше.

Береги пулю в дуле! Трое наскочат – первого заколи, второго застрели, третьему штыком карачун!

В атаке не задерживай! Для пальбы стреляй сильно в мишень. На человека пуль двадцать, купи свинца из экономии, немного стоит. Мы стреляем цельно. У нас пропадает тридцатая пуля, а в полевой и полковой артиллерии, разве меньше десятого заряду.

Фитиль на картечь! – Бросься на картечь! – Летит сверх головы. Пушки твои, люди твои! Вали на месте! Гони, коли! Остальным давай пощаду. Грех напрасно убивать, они такие же люди.

Умирай за Дом богородицы, за матушку, за пресветлейший дом! – Церковь бога молит. Кто остался жив, тому честь и слава!».

Как видите, у Суворова речь идёт не о том, что штык лучше или надёжней пули, а о том, что пулю в бою НЕЛЬЗЯ ТРАТИТЬ ДАРОМ! Слишком длительным был процесс заряжания огнестрельного оружия суворовского времени, и если войска не стояли на месте, а сближались, то сблизившись с противником на дистанцию надежного поражения противника пулей, после выстрела повторить заряжание уже не успевали. И волей-неволей единственным оружием оставался штык. Штык и у Суворова это не основное, а вынужденное оружие, ввиду неготовности основного. Заметьте, похвалив штык, Суворов не требует учиться штыковому бою, Суворов требует учиться метко стрелять, убеждая солдат для этих тренировок самим покупать свинец для пуль за счёт солдатских денег, сэкономленных на еде.

А у Драгомирова эта Суворовская мысль превращается в доктрину, что без штыка победный бой вообще невозможен!

И он формулирует свою доктрину так:

«Огонь и штык не исключают, но дополняют друг друга; первый прокладывает дорогу второму, и воображать, что можно атаковать без подготовки огнем, так же ошибочно, как и воображать, будто одним огнем можно сбить противника с позиции».

Поразительно то, что описывая бои той давней войны, Драгомиров постоянно описывает ситуации, когда стороны только огнём сбивали с позиции противников, причём, не только артиллерийским, но и огнём стрелкового оружия. И при этом делает вывод, что без штыковой атаки это невозможно! Доктрина не позволяет!

Между прочим, по мнению военного теоретика Драгомирова «знать» военную теорию это обязательно знать историю войн, и Драгомиров к этому обязательному требованию знать военную историю возвращается в книге раз пять. К примеру, попрекает австрийское военное образование за то, что «преподавание ведется чисто догматически, на военную же историю не обращают почти никакого внимания».

А теперь посмотрим, насколько он сам знал военную историю даже собственного государства – Российской Империи. Ведь именно в военной истории России её армия за этот «штык-молодец» и за эту «пулю-дуру» расплачивалась и расплачивалась огромной кровью почти в каждой войне! Вот, к примеру, начало века, 1805 год, сражение при Кремсе. Участник сражения, Ф.Н. Глинка в изданных в 1808 году «Письмах русского офицера» вспоминал такие подробности: «Под Кремсом высланы были у нас в стрелки гренадеры высокого росту с длинными султанами, и французы дробные, малые, били их из-за камней, как хотели. Русский гренадер, сильный, рослый, могший итти со штыком на десятерых неприятелей, падал мертв от пули, пущенной из-за куста бессильным французом».

А вот Крымская война, река Альма, сражение 8 сентября 1854 года: «Войска бывшего 6-го корпуса были настоящими войсками парадными, отличались выправкой, выбором людей, молодцеватостью и тонким знанием всех эволюции и мелочей устава. Грозная атака наших батальонов, эта стальная движущаяся масса храбрецов, чрез несколько шагов воображавшая исполнить свое назначение — всадить штык по самое дуло ружья, — каждый раз была неожиданно встречаема убийственным батальным огнем... Схватиться с неприятелем нашим солдатам не удавалось. Неудача повторявшихся несколько раз наступлений привела нас в состояние остервенения: солдаты массами, без команды, бросались вперед и без толку гибли». От пуль английской пехоты.

Но судя по книге, для Драгомирова никакой такой истории не существует, и он всю свою книгу доказывает, что, к примеру, не имеет никакого значения тот факт, что пруссаки уже имели казнозарядные игольчатые винтовки. Винтовки, позволявшие пруссакам вести в 4 раза более частый огонь, нежели австрийцы с их винтовками дульного заряжания! Драгомиров упорно уверяет, что главное, чтобы солдат был храбрый, а чем он вооружен, большого значения не имеет! Главное, чтобы наши солдаты не боялись бежать в штыковую атаку навстречу выстрелам! Вот в чём дело! Пруссаки не боялись бежать навстречу выстрелам, поэтому и побеждали.

И артиллерия для Драгомирова тоже дело вспомогательное. К примеру, Драгомиров учит: «Говорят, что батарейные нарезные орудия могут разрушать даже бруствера: опять мирное воззрение, ибо в нем упущено из виду, что выигрыш времени на войне — самое важное, и что лучше взять бруствер штурмом, нежели уничтожать его подобным образом. Это выгоднее во всех отношениях: и скорее, да и меньше будет потерь в людях». Взять бруствер штурмом? Потерь будет меньше?? Ведь уже закончилась гражданская война в США и от увлекающихся статистикой американцев уже было известно, что солдаты за бруствером несут потерь в три раза меньше, чем атакующие брустверы. А у Драгомирова от взятия брустверов без артиллерии потери уменьшаются…

Вот это и есть догматизм в его самом поганом виде.

И ещё интересный момент. Драгомиров поехал наблюдать Австро-Прусскую войну после преподавания тактики в Академии генштаба, то есть уже будучи «серьёзным» теоретиком. И по Драгомирову, само собой разумеется, если пруссаки выиграли войну, то, значит, именно пруссаки и являются самыми большими военными теоретиками, а австрийцы военной теорией пренебрегали. Как же иначе?

Но военная теория, как и любая другая теория, тем совершеннее, чем больше вопросов в ней проработано. А эти вопросы теории излагаются на бумаге, и чем больше исписанной бумаги, тем совершеннее теория. (Достаточно взглянуть на девятьсот страниц убористого шрифта книги Клаузевица «О войне», чтобы понять, о чём я говорю). А вот эти проработанные военной теорией вопросы помещаются в распорядительные документы Армии – уставы, инструкции, приказы. Таким образом, чем лучшая в данной армии военная теория, тем толще в ней уставы, инструкции и приказы, и тем более свято к ним относятся.

И похвалив пруссаков за любовь к теории, одновременно поругав австрийцев за пренебрежение к теории, Драгомиров даёт некоторые подробности о размерах руководящих документов в обеих армиях и об отношении к ним офицеров.

Вот, к примеру, и прусский (принц Фридрих-Карл), и австрийский главнокомандующий армиями (фельдцейхмейстер (генерал от артиллерии) Людвиг Бенедек) накануне войны написали войскам инструкции, как воевать. И вот как эти инструкции охарактеризовал сам Драгомиров:

«Половина только инструкции Бенедека, теперь появившаяся, занимает 18 страниц мелкой убористой печати: и с подобными инструкциями обращаться к людям, которые не имеют охоты к чтению! Принц Фридрих-Карл написал инструкции, которые обе легко умещаются на трех больших почтовых листах не очень убористого письма. Перед войной учить поздно, а нужно только намекнуть; если же приняться учить, то, пожалуй, не учившегося прежде собьешь и с последнего толку.

Должно, впрочем, сказать, что стоит только прочесть инструкцию, дабы убедиться, что бенедековского в ней разве одна только подпись.

Есть в инструкции и дельные вещи, но они завалены таким множеством ненужных мелочей, что в массе последних невольно стушевываются. Это скорее диссертация, и притом не из лучших, чем инструкция для руководства войскам, объявляемая предводителем армии в такую торжественную минуту, как начало войны».

Так, кто тут теоретик – австрийцы с их диссертациями или пруссаки с короткими указаниями?

Причём, что касается обязательности следовать теориям (уставам и инструкциям), то Драгомиров именно у пруссаков отмечает полную свободу от этого, причём, начиная от главнокомандующего, который в своих инструкциях чихнул на уставы прусской армии, кончая офицерами: «Особенно я мог это заметить в офицерах генерального штаба. Они совершенно свободны от немецкой страсти к систематизации, а следовательно, к теоретической односторонности воззрений на военное дело вообще».

Драгомиров попрекнул австрийских офицеров за то, что у них не было охоты читать теоретические работы. Хорошо. Но что нам австрийцы? И у меня вопрос – а в русской армии вот эту книгу Драгомирова кто-нибудь читал? У офицеров той российской армии была у кого-либо охота читать книги на темы военной теории? Ведь если опусы Драгомирова кто-то читал, то указал бы Драгомирову на бросающиеся в глаза ошибки, и Драгомиров исправил бы их в последующих изданиях.

Вот Драгомиров, возможно, чтобы в чистом виде показать, что незнание теории губит даже прекрасных честных офицеров, хвалит австрийских офицеров за их самоотверженность: «Страшная потеря офицеров показывает, что если они и не совсем ловко исполняли свои боевые обязанности, зато не задумывались перед возможностью честно лечь в бою. Для людей, которые были равнодушны к мысленной работе по своей специальности в мирное время, но для которых долг и честь не пустые слова, это единственный исход, который примиряет с ними за предшествующую ошибку. Они не последовали мудрому совету сочинителя инструкции, который располагал их не очень рисковать собою».

И всё бы было хорошо, но Драгомиров основывает этот вывод на соотношении потерь сторон в бою у Находа и приводит их: «Австрийцы потеряли …227 офицеров, 7145 нижних чинов, …пруссаки — 58 офицеров, 1280 рядовых». И не нашлось никого среди его тогдашних читателей, чтобы произвести простой расчёт: у австрийцев была потеря одного офицера на 32 рядовых, а пруссаки потеряли одного офицера на 22 рядовых. То есть это у пруссаков была «страшная потеря офицеров», если говорить об офицерской чести, а не просто о количестве убитых.

Драгомиров был не только певец штыка, - он всю свою жизнь был яростный противник скорострельности стрелкового оружия. Объяснение у него такое – чем более перепуган солдат, тем чаще он стреляет. И если дать перепуганным солдатам возможность быстро стрелять, то на такую армию патронов не напасешься.

Откуда это Драгомиров взял, неизвестно, но убеждал он читателей именно в этом (выделено им): «Вопрос, поставленный подобным образом, носит ответ в самом себе: усовершенствованное оружие несколько усиливает человека, но оно не изменяет его натуры, и в руках неспокойного или способного ошалевать оно принесет более вреда, чем пользы, ибо в то время, когда при прежнем оружии ошалевший человек выпускал десять патронов на ветер, при нынешнем он выпустит их 30, 40».

«Воображать, будто пруссаки стреляли часто — крайне ошибочно; они стреляли толково, т.е. учащали стрельбу по целям близким и большим, и вовсе не стреляли, если стрелять в этих обстоятельствах было нельзя: вот в чем была их сила. И что они стреляли не часто, доказательством служит то, что во всю кампанию они израсходовали средним счетом не более семи патронов на человека! Вот что значит спокойствие людей, достигаемое рациональным их воспитанием и образованием в мирное время! Австрийцы, по всей вероятности, выпустили гораздо больше патронов, т.е. стреляли скорее пруссаков, а сделали меньше. В чем же разгадка? Кажется, видеть не трудно тому, кто мало-мальски понимает дело».

Разумеется, что с точки зрения Драгомирова я совершенно не понимаю дела, поскольку не понимаю, какое такое это самое «рациональное воспитание» должно быть в мирное время, чтобы человек был спокоен в бою?! Драгомиров тоже о подробностях такого воспитания не говорит, и в итоге с его стороны это пресловутое «рациональное воспитание» не более, чем бла-бла-бла доктринёра. Вдумайтесь - ну почему трус в бою должен стрелять чаще? Наоборот, главная забота сержантов в реальных боях – заставить всех стрелять! Иначе трусы уткнутся носом в землю и стрелять вообще не будут, чтобы не провоцировать огонь противника по себе!

Вот из-за слабости поляков молниеносно окончилась война Германии с Польшей, послужившая началом Второй мировой войны. И 24 сентября 1939 года в Генштабе сухопутных войск Германии о состоянии немецкой пехоты докладывал генерал фон Бок, командовавший войсками группы армий «Север»: «…после подробных совещаний с командирами впечатление изменилось. Той пехоты, которая была в 1914 году, мы даже приблизительно не имеем. У солдат нет наступательного порыва, и не хватает инициативы. Все базируется на командном составе, а отсюда — потери в офицерах. Пулеметы на переднем крае молчат, так как пулеметчики боятся себя обнаружить». Где тут стремление робкого солдата усиленно стрелять?

И наконец, что больше даст спокойствие солдату – предвоенное бла-бла-бла офицеров про счастье погибнуть в бою за «Дом богородицы», или уверенность, что солдат вооружён лучшим оружием, нежели его противник?

И, может, и не стоило бы об этом говорить, но обращу внимание на ещё одну удивительную ошибку нашего выдающегося теоретика. Ведь будучи страшным врагом скорострельности стрелкового оружия, мог теоретик Драгомиров немного больше об этом оружии узнать? Вот Драгомиров своими словами со своими комментариями описывает подробности инструкции прусского кронпринца Фридриха-Карла, данные им войскам: «Далее следуют чрезвычайно практические указания на то, что при стрельбе в бою должно обозначать не прицел и расстояние, а прицел и точку, и что чем ближе неприятель, тем ниже следует целить, так как с приближением неприятеля солдат будет стрелять торопливее и попадать выше». То есть Драгомиров совершенно искренне считал, что при приближении противника нужно командовать солдатам снизить точку прицеливания, и давать эту команду потому, что солдаты (если будут целиться, как обычно – «в пояс»), с перепугу, начнут как-то поднимать винтовки вверх и поэтому будут стрелять поверх голов противника.

Интересующиеся военным делом уже поняли, что Драгомиров был совершенно «ни бум-бум» в элементарной теории стрельбы – он не знал, что при полёте пуля одновременно падает на землю, и чем больше времени она летит, тем это падение больше. Поэтому (при наличии на ружье только постоянного прицела или отсутствии времени прицел переустанавливать), чем ближе показался противник, тем ниже нужно целиться. Причём, так, как требовал принц Фридрих-Карл, солдат учили стрелять во всех армиях мира, включая, само собой, русскую! Вот описание учебного процесса из пехотного устава русской Армии 1816 года:

«Особый раздел ротного учения отводился обучению цельной стрельбе. Для этого в батальоне изготавливалось несколько черных деревянных щитов (высотой в 2 3/4 аршина, шириной в 1 аршин), в центре и по верхнему краю которых проводились белые поперечные линии шириной в 4 вершка. С расстояния 40 и 80 саженей солдаты целились в центральную полосу, а со 120 саженей — в верхнюю».

А вот такое же описание соответствующей части из «Правил рассыпного строя» для обучения егерей:

«Правила прицеливания были следующие: в 400 шагах целились в штык ружья неприятеля (ружье на плече) или в голову всадника, в 350 шагах — в верхушку кивера пешего и в голову лошади конного, в 300 шагах — в грудь пешего и в шею лошади, в 150 шагах и менее — в «полчеловека» пешего и в грудь лошади»».

Для поступления в Академию Генштаба России требовалось отслужить цензовый срок в должности командира роты, то есть, и Драгомиров, и последующие слушатели и преподаватели академии Генштаба, будучи ротными командирами, реально учили солдат своей роты стрелять именно так – чем ближе противник, тем ниже целиться. И получается, что ни Драгомиров, ни его тогдашние читатели не понимали, почему требуется с увеличением расстояния повышать точку прицеливания?! М-да! Теоретики!

Причиной поражения Австрии, бывшей формально гораздо более сильной, по сравнению с Пруссией, Драгомиров не без оснований считает то, что австрийские офицеры, в отличие от прусских, в мирное время не желали изучать военное дело. Но ведь офицеры русской армии в этом отношении были ещё хуже австрийских офицеров! А Драгомиров, похоже, считал это вполне нормальным.

Если убрать из книги Драгомирова эту дурацкую архаичную догму о том, что заканчивать бой нужно обязательно штыковым ударом, то в остальном у него вполне дельная оценка тактики, достоинств и ошибок сторон. Да и сам штыковой удар не является безусловной глупостью в любом случае, особенно в глазах генералов той эпохи. Тот же принц Фридрих-Карл инструктировал войска:

«В разговорах с солдатами им должно быть растолковано, что с тех пор, как свет стоит, ни одна большая победа не была выиграна боем на больших расстояниях. Необходимо схватиться с врагом, т.е. атаковать штыками, если набег стрелков недостаточен. Но тогда ни остановки, ни промедления, ни стрельбы. В большей части случаев выраженная атакой решимость схватиться в штыки до того действует на неприятеля, что он поворачивает кругом до свалки.

При рукопашном бое убивать только передних, а остальным приказывать бросать оружие и сдаваться. Это практичнее, чем убивать, так как можно забрать пятерых в то время, в которое убьешь только одного.

Если неприятель решится нас атаковать в штыки, то, предупредив людей о нашем намерении, открыть дальнюю и частую стрельбу, а в последний момент, на расстоянии от 20 до 60 шагов, броситься вперед».

Как видите, первое, у пруссаков бой должны выиграть стрелки. Если им это не удается полностью – тогда добить противника штыками! Второе, при атаке противника нужно частым непрерывным огнём скорострельных ружей остановить атаку противника или обессилить её, а затем с минимального расстояния броситься в штыки на практически уже убегающего врага. Как видите, вроде Фридрих-Карл писал то же, что и Драгомиров, да ведь не то! Штык у пруссаков был не главным – штык был помощник пули!

Как видите, уже в середине XIX века немцы сделали штык вспомогательным оружием, а после Первой мировой войны штык в немецкой армии стал декорацией – ко Второй мировой войне немцы вообще перестали учить солдат штыковому бою. Во Второй мировой войне немецкие солдаты атаковали не для того, чтобы вонзить штык в противника, а для того, чтобы выйти на позицию, с которой удобно противника застрелить или бросить в него гранату.

А у нас генералы с оставшейся от Драгомирова доктриной военного дела, «рационально воспитывали» солдат мыслью, что в случае войны этим солдатам придётся бежать на выстрелы противника, чтобы убить его штыком. Считалось, что от этой мысли наш солдат храбрее станет! Вот сентябрь 1939 года, проект приказа наркома обороны Ворошилова по итогам боев на Халхин-Голе: «…Постоянным настойчивым обучением и тренировкой в искусстве владения штыком, воспитать у бойцов и всего личного состава порыв и стремление во что бы то ни стало завершить бой уничтожением врага в умелой рукопашной схватке».

А я ещё в 70-х на занятиях по тактике пехоты с криком «ура!» бежал с автоматом наперевес на стреляющего по мне противника. Слава богу, условного.

Автомат Калашникова разных модификаций выпущен в количестве 70 миллионов единиц, в настоящее время считается, что им вооружен каждый пятый солдат мира, этот автомат в бою 60 лет – с 1956 года. И кто-нибудь слышал, чтобы хоть кто-то хоть когда-то в реальном бою за эти 60 лет убил противника штыком этого автомата? Так штык АК хоть отомкнуть можно и уменьшить себе ношу на 400 грамм, а вот штык к карабину Мосина 1944 года неотъёмный.

В СССР доктрине Драгомирова генералы никак не изменяли! Уже небо бороздила реактивная авиация, уже были взорваны атомные бомбы, а генералы СССР никак не видели бой без того, чтобы наш солдат не подбежал к противнику вплотную и не зарезал его штыковым ударом.

Почему так?

Мой ответ: потому, что у нас армию формируют и вооружают не те, кто собираются сами воевать и командовать армией в бою, а те, кто учат воевать, – военные теоретики.

Ю.И. МУХИН

Настройки просмотра комментариев

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".
Администратор
(не проверено)
Аватар пользователя Администратор

Посетителям

  На сайте есть правила.  

 
Назаров
Аватар пользователя Назаров

Драгомиров не только

Драгомиров не только скорострельное оружие не любил. Ещё он за, что то невзлюбил командно-штабные игры. В его бытность начальником Академии не было проведено ни одной. Он их отменил все.

А воевал он совсем немного. Первый раз в действующей армии он появился уже в генеральском чине. Раньше всё как то не получалось. В русско-турецкой войне ему всё таки дали дивизию и выпихнули на фронт. Но не надолго.  Под Шипкой он был ранен в ногу и больше в действующей армии не появился. Чего то ему там не понравилось. 

В русско-японскую ему хотели всю армию на Дальнем Востоке отдать. Чтоб на практике показал как врага теоретически правильно бить надо.

Но хрен, что получилось - Драгомиров героически отбился от назначения в действующую армию.

 
Гостьизкосмоса
Аватар пользователя Гостьизкосмоса

Боятся своего народа мой ответ

>Мой ответ: потому, что у нас армию формируют и вооружают не те, кто собираются сами воевать и командовать армией в бою, а те, кто учат воевать, – военные теоретики.

Если народ умеет воевать то он опасен для власти.
А власть 300-400 лет то немцы, то марксисты.

 
совок 63
(не проверено)
Аватар пользователя совок 63

у Наполеона военная наука совсем иная

 Лев возглавяя армию барана победит армию львов возглавляемая бараном .

Наверное имел ввиду Суворова .

А морадер Жуков подходит к статусу Льва ?

 
Joker
(не проверено)
Аватар пользователя Joker

А морадер Жуков

 Наверное, "морадер"? По воспоминаниям простых солдат Жуков всегда лично проверял, как солдат одет, обут, накормлен, есть ли у него боеприпас и исправно ли оружие. Награды не зажимал, даром "командирам" цацки не вешал. Но отматерить, в морду за плохое обеспечение бойцов мог заехать в момент. А то и в штрафники отправить. Полководцем он был херовым. Морадерил или нет -- вопрос. Вроде как всякое шмудьё он на свои покупал, и вроде как для награждения подчиненных. А не для своих баб.

 
Пенсионер
(не проверено)
Аватар пользователя Пенсионер

Джокеру. Не отмывайте чёрного кобеля..

Оценка деятельности по принципу задача-исполнение. 1.Стояла задача дать Стране 22 июня? нет. Задача не выполнена. 2.Ельня задача выйти на Починок 50км. западнее Ельни поворот на Смоленск. Задача не выполнена. 3.Задание разблокировать Ленинград. Не выполнено. Имел преимущество по танкам более 800 шт. в основном новые против 0 у немцев. Он не был мудаком он Иуда.

 
совок63
(не проверено)
Аватар пользователя совок63

надо же , для кого то морадер , в тяжкий час

 ... а для кого то герой , особливо старшинское отечество к солдату

Кто бы Сталина помянул когда Конев стоял у Праги , мог бы запросто дать приказ к наступлению , а не возможность немцам уйти 

 
Одессит
Аватар пользователя Одессит

С этой штыковой доктриной

С этой штыковой доктриной вообще непонятно. Необъяснимая живучесть. Ведь ВО полностью эту тактику сломала, были внедрены штурмовые группы, а артиллерия объявлена  богом войны. И вот война закончилась, опыт бы засунут куда подальше, штурмовые подразделения расформированы. И опять цепь с автоматом от живота.

Современный штык в моем понимании оружие исключительно караульное.

 
Joker
(не проверено)
Аватар пользователя Joker

И опять цепь с автоматом от живота

 Действительно так! Хотя уже военные действия характеризовались "высокой мобильностью", "отсутствием сплошного фронта", "динамическим взаимодействием подразделений Вооруженных Сил". А как "тактика" -- то "МСВ в наступлении" штурмует "высоту Безымянную", то защищает оную. Ну, разве что еще "на марше" и "выходит на боевые позиции". Правда, штык уже не котировался никак. Да и металл данного предмета -- хрупкий. Предлагалось им+ножны резать проволочные заграждения. Не очень-то получалось.

 
Одессит
Аватар пользователя Одессит

Joker

Да, баловаться метанием сего предмета в доску категорически запрещалось. Чуть что, момнтально обламывался. Очень хрупкое полотно.
Хотя бы стрельбе обучали правильно. Заставляли стрелять вдумчиво, добиваться очереди в два патрона. За одиночный или автоматическую стрельбу снижали оценку. Но и в этом много залипухи: все стрельбища, даже в глубине тайги, были оборудованы движущимися мишенями под двумя углами на рельсах, всякие придумки еще, но стрельбу вели исключительно по трем неподвижным мишеням - грудной и двум ростовым. То есть, пользоваться прицелом еще учили, а понятия упреждения при стрельбе вообще не было.

 
Joker
(не проверено)
Аватар пользователя Joker

но стрельбу вели исключительно по трем неподвижным мишеням

 Хм. я думал -- это только мы, пиджаки, так обучались.... Должен сказать, что сейчас на стрельбищах ни патронов, ни гранат не жалеют. И стрельбы ведутся в любое время дня и ночи.

 
гастат
Аватар пользователя гастат

для Одессит

 Я Еланскую мотострелковую учебку прошёл в командирской роте, на полигон бегали по 2 раза в день. На зачётных стрельбах-да, одиночные не приветствовались, но в обучении делался упор на стрельбу по "фонтанам". Пуля при соприкосновении с землёй исправно такой фонтан выдаёт. Умение оценить на каком расстоянии в лево-право и недолёт от цели вырабатывали сержанты у нас усердно, чтобы тут же поправку мог сделать сам, визуально, а не рассчитывать на прицельную планку. Ведь на практике расстояние до цели оценить сложно и прицел выставить не достаточно, нужно корректировать себя "фонтанами", а здесь стрельба нужна исключительно одиночными. Я оттуда и вынес стойкое убеждение бесполезности автоматической стрельбы, ведь ближе 100м нет мишеней. Зато, из любого непристрелянного калаша мы могли стрелять. Под себя то с мушководом за пару часов его пристреляешь как хочешь, но нам часто приказывали поменяться стволами, закрепляя навык стрельбы по фонтанам.  Да и вдумчивой стрельбе это учит автоматически. Под конец учебки большинство из роты на 100м в 15см круг 5 из 5 попадали. А вот с бегунками (под двумя углами на рельсах) проблемы были, нам их на 450м запускали, хрен попадёшь, я один раз только завалил за всё время и то-случайно. Дальше 300м огонь перестаёт быть эффективным. 

 
Одессит
Аватар пользователя Одессит

гастат

Автоматическая стрельба считалась пустой тратой боеприпасов. Требовали строго придерживаться очередью по два патрона: после первого выстрела ствол слегка задирался, вторая пуля ложилась чуть выше, повышая этим разлетом шанс попасть в мишень. Считалось, что после второго выстрела ствол смещается настолько, что это уже белый свет копеечкой. Наверное, в этом есть логика.
Никчемность автоматической стрельбы оценил на собственном опыте на стрельбище. Проверяющее начальство захотело развлечься и после экзаменационных стрельб заказало стрельбу всем отделением по всем мишеням сразу, полным магазином. Кончилось это большим конфузом. Если для получения хорошей оценки батальоном, мишени ронялись в унисон выстрелам нажатием секретной кнопочки, то оружейник в этот раз этим не озаботился, будучи уверенным, что 8 (или 10, я не помню уже точно) человек полными магазинами положат все 9 мишеней без его участия. Положив грудную мишень прямо перед собой двумя очередями по два патрона, мне показалось, что я целился слишком долго и другие уже закончат стрелять, пока я, как дурак, с полным магазином. Остальное я выдул двумя-тремя очередями и разумеется, никуда не попал. Как потом оказалось, другиме подумали точно как я, сделали как я и тоже никуда не попали, хотя старались. Грудная мишень, заваленная мной вначале, оказалась одной из двух. Остальные позорно стояли.
Что касается расстояния за 300 м, то может кто и попадет с калаша, но пожалуй не я. Стрельбе по фонтанчикам нас не учили. Определять расстояние учили как раз тем, что ростовые мишени стояли на разном расстоянии, я не помню уже нормативов. Вот, дескать, набивайте руку, учитесь определять расстояние и по величине мишении выставляйте целик. Кажется, дальняя стояла как раз на 300 м. Попасть было тяжело. Если бы она еще и бежала, то как попасть с упреждением, я не знаю.
Уже после срочной придилось много иметь дело с ПМ и с ТТ. Всегда удивляло, как тяжело попасть в мишень уже с 25 метров. Советские инструкции ушли в прошлое и разрешалось принимать любую стойку, хоть двумя руками держи, хоть локтем в пояс упирайся, только попади. Но попасть непросто. Реально надо руку набивать.

 
Алексевв Д.В.
(не проверено)
Аватар пользователя Алексевв Д.В.

Спецназ.ру

 На канале "Оружие" в программе "Полигон" наши офицеры спецназа говорят о том, что калаш в реальном бою работает только как штурмовая винтовка-одиночными выстрелами! Насчёт рукопашного боя со штыком-не слышал, врать не буду. А штык-нож - это редкое дерьмо! У нас в каждом карауле 2-3 ножа ломали, потому, как они не втыкались!С праздником!

 
совок63
(не проверено)
Аватар пользователя совок63

руку набивать ,что первый раз на мотоцикле с места тронуться

 ... тактильная чувствительность пальца на курке , плюс остановка дыхания в момент короткого прицеливания .

На Лучегорской ГРЭС была команда биотланистов , по выходным у нас были походы в тайгу , в одном из них взяли меня на их тренировки по стрельбе в карьере , так меня удивило долгое прицеливание на мишени . В Минске , мне пацаном приходилось  в тире выбивать призовые денежные мишени ,больше трех рублей мне неразрешали выбивать.

Достигалось это мастерство задержкой дыхания  подводным плаванием в соревновании в компании кто сколько проплывет под водой , мне не было равных, жаль лето было не долгим, я не оценил эту возможность когда услышал рекорды ныряльщиков по две минуты , в общем не было стимула в последующие годы , но умение останавливать сердце сохранялось долго, в драке не душила одышка 

 
Валерий Владимирович
(не проверено)
Аватар пользователя Валерий Владимирович

Стрельба по фонтанчикам.

Так жизнь учит. Мы мало стреляли (связисты), перед присягой три выстрела по силуэту с концентрическими кругами, т.е. целясь "в десятку", перед проверкой для тренировки и на проверку - 10 патронов, упражнение № 1 (те же самые две ростовые и грудная "пулемётный расчёт"). Однако ещё в школе выезжали на полигон (НВП), стреляли из АКМ, так с непривычки у меня после перевода на автоматический огонь первая очередь вышла из четырёх пуль, так что все последующие я старался отсекать быстрее. Помня об этом, в армии первые выстрелы в положении переводчика "автоматический огонь" сделал, увы, на упражении № 1 одиночными ))). Узнал на деле, что в АК-74 замедлен темп стрельбы. Ближняя ростовая и "пулемётный расчёт" в полном составе полегли ))). А по самой дальней ростовой мишени пристрелял свой АК-74 только с четвёртой очереди, фонтаны при недолёте видел. Ясно, за два одиночных выстрела - минус один балл в оценке. Ирония - два патрона в магазине остались. Сложнее пришлось на второй проверке - сильный боковой ветер сносил наши лёгкие пули. Стрелки ожидали затишья между порывами ветра, при поправке по фонтанам две ближние мне удалось свалить, на третью осталось два патрона, ну - хоть обстрелял. Уже после службы рассказал коллега, что в их МС полку некий капитан умудрялся до трёх пуль уложить в мишень одной очередью, но очень сильно прижимал и упирал автомат. Эксперт по баллистике из Е-бурга на совещании в 1991 г. поведал, по результатам исследования - мускульные усилия не могут компенсировать отдачу для предотвращения разлёта пуль при стрельбе очередями, и местным милиционерам (стреляли по колёсам авто, а влепили пулю в лобовое стекло), включая спецназ, была дана рекомендация стрелять одиночными во избежание случайных жертв. Поэтому даже требование о стрельбе очередями по две пули - наверно, доктринёрство от штабных грамотеев. Нашим офицерам, контролирующим результаты стрельбы на огневом рубеже, отлично было видно, как разлетаются пули, так ведь все следовали доктрине.

 
Владимир136
Аватар пользователя Владимир136

Одессит

  А нас учили очередь делать из трёх выстрелов...на счет двадцать-два...хотя вроде с вами в одно время служили... видимо в разных частях разные методики.

 

Владимир136

Одессит
Аватар пользователя Одессит

Владимир136

Речь даже не о разных частях, а о разных министерствах - я служил в ВВ, это вообще МВД. Но все равно странно, ВВ по уставам и всяким методикам было унифицированно с СА. Хотя, если правильно помню, нормативы у нас были почему-то строже, питание лучше, но, например, учебники (или как они там по военному называются, память уже подводит) по стрелковой подготовке или РБ были общими с СА.

 
а
(не проверено)
Аватар пользователя а

 "МСВ в наступлении" штурмует

 "МСВ в наступлении" штурмует "высоту Безымянную", то защищает оную. Ну, разве что еще "на марше" и "выходит на боевые позиции"

А чего ему ещё делать? Либо уничтожать противника либо отбиваться от противника. Или есть ещё варианты?

Вот умники тут болтают, я никак не пойму о чём конкретно речь? Штык-нож в военное время затачивался силами ремроты полка, так нам было в полку сказано. После этого резка проволоки облегчалась. Метать штык-нож нам в полку запрещали, их метали те кто умел, поскольку при ударе плашмя клинок кололся, он перекален был специально, чтобы сохранять заточку при резке стальной проволоки. Ну это бог с ним.

А вот что ещё делать мсв если ему ни атаковать, ни обороняться не надо? Стрелять по врагу издали лучше умеет авиация и артиллерия, у них и средств и возможностей больше. А мсв имеет калаши, рпг и драгуновки, у всех эффективная дальность 300 метров, только у пулемётов 600-800, да у бмп так же. То есть для того чтобы ввести в действие своё оружие им надо преодолеть пулемётный и миномётный огонь врага, сблизиться на 300 м. но тут они обнаружат, что враг укрыт и только в амбразурки выглядывает, а они лежат на открытом и у них вся голова и плечи доступны для отстрела. А до броска гранаты ещё метров 200-250. И их надо преодолеть. А когда они дойдут до гранат, то обнаружат, что противник их скорее гранатами закидает, поскольку он в укрытии, а ты голый. И придётся тебе прыгать к противнику в окоп и душить его руками.

Конечно, обывателю это страшно себе представить, как это так, прорваться через огонь, да всех постреляют.

Опыт же говорит о том, что это и есть военное дело, то для чего нужны солдаты.

Нет, конечно, если речь о борьбе с тероризмом, то можно поставить у входной двери дома с террористами бтр и сидеть постреливая в форточку из подствольника хоть неделю. Ну, а если речь про настоящую войну, тем более манёвренную и современную, то тут задерживаться нельзя особо, либо бъёшь либо убегаешь, а то как раз по балде атомной бомбой и получишь.

Поэтому, для настоящей войны придумали способ, не уничтожать противника огнём до конца, а лишь подавлять его основные огневые средства. И пока эти средства подавлены мсв сближается с врагом до дистанции эффективного поражения, что для хорошо укреплённого и стойкого противника и означает дистанцию рукопашного боя.

Конечно это способ сложный, трудноисполнимый, опасный, но других нет. Полностью сбить стойкого и укреплённого противника с позиций огнём и сейчас не удаётся. Вон в сирии и сейчас используют сочетание огня и штурма, где огонь подготавливает штурм. Так же было и в косово, сколько нато бомбило сербов в косово, а сербская армия вышла оттуда с техникой и оружием когда приказало политическое руководство, без особых потерь.

Примеры Брестской крепости и Сталинграда наверное все должны помнить, сколько их бомбили, били артиллерией, но там решал не огонь, а ближний бой, рукопашная. Конечно, не столько штыки, сколько гранаты и пистолеты-пулемёты. Но и штыки шли в дело и финки, и сапёрные лопаты.

Последняя полномасштабная война - Ирано-Иракская имела немало примеров позиционных боёв при полной огневой мощи, но именно из-за недостатка штурмовых действий. Ну нельзя одним огнём пока с врагом справиться. Наука только-только к этому приходит, американцы особенно к этому стремятся, у них боеспособность солдат традиционно слабая, поэтому они возлагают большие надежды на дистанционные средства поражения. И хотя они многого уже добились, им ещё далеко до совершенства.

И тем более правильной была фраза о штурме в трудах Драгомирова.

 
Joker
(не проверено)
Аватар пользователя Joker

Сибирь. Зима. Минус 35.

Сибирь. Зима. Минус 35. Впереди поле -- 500 метров снега, в который проваливаешься минимум по-пояс. За полем -- предлагаемая для штурма высотка метров в 40 высоты. На ней предыдущими поколениями курсантов вырыты полнопрофильные окопы. И вот капитан Дементьев ставит боевую задачу: с марша развернуться в цепь и с ходу овладеть высоткой.

Через пять минут "атаки" кто-то из цепи, задыхась, орёт:"Мужики! Хотят ли русские войны?!" Нестройный, но очень проникновенно-убежденный хор в ответ:"На фуй!!!"

 
а
(не проверено)
Аватар пользователя а

 Да, молодость, хорошее было

 Да, молодость, хорошее было время.

 
Одессит
Аватар пользователя Одессит

Joker

И в этом снегу взмокаешь уже через 50 метров так, что хоть выжимай. А пототм стой на морозе, чувствуя, как холод проникает аж в позвоночник. Знакомо.

 
Одессит
Аватар пользователя Одессит

а

Атака атаке рознь. При плотности автоматического огня начали отказываться от развернутой цепи на неподавленные пулеметы уже в ПМВ. И РККА, в ВОВ, довольно быстро стала все чаще использовать тактику штурмовых групп, еще даже до Сталинграда, что оформилось даже каким-то Приказом Ставки на эту тему. Немецкие кадровики больше всего сетовали на потерю именно таких своих штурмовых саперных батальонов в Сталинграде еще даже до котла, в процессе беспрерывных штурмов. Это элита пехоты.
Штурмовая группа - это набор, в зависимости от задачи, узких специалистов от саперов с автоматчиками до огнеметчиков и снайперов, спаянных тренировками в единое, самостоятельное подразделение. Могла и 45-ка придаваться, если задача того требовала. Во время артподготовки саперы снимали мины и через проходы отряды делали рывок до первой траншеи. При переносе огненного вала в глубину, штурмовые группы, используя разнообразие вооружения в зависимости от препятствия, прикрывая друг друга, мелкими перебежками двигались дальше. Причем сапер в данном случае - это не мужик с лопатой, это очень подготовленный боец, который и стреляет хорошо, и мину снять может, и дымовую завесу организовать, и шашку толовую под стену заложить - на все руки мастер. Во всей красе они показали себя в Кенисберге. Для такой крепости потери были небольшими.
Это все "немножко" отличалось от того, чему учили меня. Цепью, стреляя от пуза (типа, пугаю, чтоб в меня меньше стреляли) добегаю до траншеи, до которой метров 15-20. Метаю РГ-5, тут же слегка приседаю, наклонив голову и выставив перед собой вдоль тела автомат. Это, типа, прикрыл себя каской и автоматом от комьев и камней (РГ-5 осколков дает мало и они малого разлета). При этом надо примерится и кидать не прямо в человека, а чуть рядом, чтоб тот не успел назад выкинуть. Когда бы я все эти ребусы решал при атаке цепью в открытой местности, оставляю на ответ тактикам тех времен. Ибо в том единственном бою, в котором я участвовал, площадь просто заливалась огнем, несмотря на малочисленность и сомнительную подготовленность противника. Не буду отрицать величину глаз в первом бою, хотя страха как раз не помню, но зато помню турбулентные пылевые завихрения от пуль, которые ложились так часто, что бегать там мне точно в голову бы не пришло. Хотя мы все очень хорошо стреляли, нормальной тактике нас не учили и что в данном случае делать, мы просто не знали. С непривычки я даже не смог нормально высмотреть, откуда стреляют и влупил два магазина "куда-то туда" короткими очередями, просто чтобы не сидеть бараном.
Просмотрев с десяток роликв про САА в Сирии, увидел только одну атаку цепью и, к сожалению, их положили всех, в том числе тех, кто выбежал вытянуть раненых. У Кассада этот ролик есть с его же эпитетами в адрес такого "тактика" ниже. Остальные ролики демонстрируют тактику вполне стандартную. Сменяя друг друга бойцы организуют конвейером беспрерывный огонь без задачи кого-то убить, скорее не дают высунуться гранатометчикам. В этот момент выезжает танк, делает два-три выстрела и линяет за угол назад. После изучения последствий сие действо повторяется. Потом начинается просачивание бойцов, опять же прикрытых огнем. При таком подходе трата боеприпасов астрономическая. А как по мне, жизнь бойца дороже.
Не все уж совсем негодное было, кое-чему учили и толковому. Например, падая за укрытие после перебежки, нужно было аккуратно сместиться в сторону. Объяснялось это тем, что противник мог засечь, куда я упал и ожидать, прицелившись в это место, когда я покажусь снова. Нахожу это логичным.

 
а
(не проверено)
Аватар пользователя а

 Ну и правильно, Драгомиров

 Ну и правильно, Драгомиров же говорил, надо подготавливать огнём. Вот и подготавливают. А штурмовые группы у нас даже не с финской, а с халкингола. Ведь эта немецкая тактика очень активно обсуждалась перед войной, только практики было мало, а там практика главное, в теории его не изучишь.

Дело в том что там именно следует применять свои действия к конкретной обстановке. Поэтому специалистов по штурму много не бывает. И сирийцы ведь сколько уже воюют. И нигде нет штатных штурмовых групп, их всегда формируют на месте, в зависимости от задачи. Есть лишь рекомендации по их построению.

Кроме этого в массовой армии и протяжённом фронте даже сформировав сотни групп всех задач за установленное время не решишь. Скажем надо прорвать тактическую оборону за 4-5 часов, или за сутки, иначе подойдут резервы и каюк наступлению. На передке огневых сооружений сотни, часть ты давишь артиллерией, часть блокируешь штурмовыми группами, а остальные тебе всё равно придётся штурмовать цепью пехоты за огневым валом. Вот как ни крути, здесь не сирия, не чечня и не донбас, бывало по нескольку сотен штурмовых групп на армию создавали, всех огневых средств у врага не передавишь и даже не разведаешь, поскольку силы примерно равные, на одного врага 2, пусть три твоих, да пусть даже 10, как ты из них штурмовую группу сделаешь? Соответственно на каждый их пулемёт штурмовую группу не организуешь, только на самые важные и укреплённые точки штурмовиков нацеливай, а остальные цепью короткими перебежками под прикрытием полковых орудий на прямой. Это война, а не локальный конфликт. И времени в запасе мало, темп важнее всего, потерял темп - увяз. В глубине новые сюрпризы, штурмовики в тылу доты блокируют, артиллерия отстала, лимит снарядов вышел и твой передовой отряд штурмует вторую линию укреплений при поддержке прилетающих на 20 минут штурмовиков и отдельных приданных самоходок. Без артиллерии и без нифига, часто и без связи, не собъёт врага с позиций, дождётся контрудара и покатится назад. Под Харьковом в 1942 наступали всего несколько дней, сильно продвинулись, а оборону так и не прорвали. И штурмовые группы были и всё прочее, да только мало всего. Подошли немецкие резервы, двинули по флангам и конец всем наступавшим. Потеряли темп, а вся эта рисковая операция построена Тимошенко на темпе. Успели бы за сутки оборону прорвать, ввели бы в прорыв подвижные силы и на второй-третий день взяли бы Харьков. Сутки-двое закрепляться и поди выковыривай. Не вышло, а ведь тот же Тимошенко в 1940 году линию манергейма штурмовал, про все способы штурма не понаслышке был осведомлен, сам организовывал. Впрочем, тимошенко в харькове бы не сидел, он бы пошёл дальше по немецким тылам, только так он мог убрать угрозу флангам, ведь немцы сами там силы копили, собирались наступать. В общем эта авантюра в любом случае хорошо бы не кончилась, но могла кончиться славно и не без выгоды. Можно было значительно ослабить немецкое летнее наступление или вообще сорвать.

Ну, не дурнее нынешних ребята были в советской армии. Военное дело просто, воевать тяжело. Особых секретов нет, но и панацей чудодейственных тоже нет. Я знаю что в больших количествах штурмовые группы организовывались и в битве Смоленской в 41 году, более успешно действовали ночью чем днём, и в атаках на плацдармы на северной двине в 1941 году. И нельзя сказать, что совсем не получалось. Сами штурмовики учились быстро, но эти действия требуют чёткого взаимодействия всех, в том числе и тех кто непосредственно в штурмовую группу не входит. Пока все нюансы изучили время прошло. А зачастую просто не было средств, чтобы выделять их в штурмовые группы. Ведь это была большая война, а не локальный конфликт. В 1941 году армия ещё с трудом полном численности не могла достигнуть, плотности войск до уставных норм не хватало, резерв или второй эшелон выделить большой проблемкой было. Да всё это описано сто раз, войска в нитку, резервов нет и т.п.

Как-то давать им советы как надо было воевать, ну странно даже. Узнать бы как они в таких условиях всё-таки воевали.

 
а
(не проверено)
Аватар пользователя а

 Вот например:

 Вот например: "http://erazvitie.org/article/shturmovye_inzhnery" цитирую "В 1939 году под председательством наркома обороны С.К.Тимошенко было проведено военное совещание, целью которого было обобщить опыт боевых действий последних лет, прежде всего в теории и практике действий штурмовых групп по прорыву крупных укреплённых районов" - то есть в финскую обобщали опыт халкингола и хасана.

"необходимость прорыва рубежей обороны противника и укреплённых им населённых пунктов поставила перед инженерными войсками задачу создания штурмовых групп. С этим столкнулись в боях под Ленинградом, а затем в контрнаступлении под Москвой" - то есть в 1941 году вовсю применяли штурмовые группы из состава линейной пехоты.

"В декабре 1941 года в 16-й армии, перешедшей в наступление под Москвой, в каждом батальоне были сформированы по две штурмовые группы. В их состав были включены стрелки, сапёры с подрывными средствами и химики с дымовыми шашками. Проходы в заграждениях устраивались специально созданными группами разграждения, а уничтожение окопанных танков противника возлагалось на штурмовые группы" - то есть вся эта штурмовая тактика не только новостью не была задолго до Сталинграда, а активно использовалась, тем не менее результаты мы имеем те которые имеем. Поскольку в войнах такого масштаба как ВОВ результат определяется не только штурмовыми группами, это вовсе не панацея и не универсальный способ воевать. Универсальный способ воевать это как раз после хорошей артподготовки бежать развёрнутой цепью на уцелевшие пулемёты с поддержкой артиллерии, танков, самоходок, штурмовиков и конечно же штурмовых групп. Но основа всё равно линейная пехота с её линейной тактикой. Только подготовка и поддержка таких атак от войны к войне должна быть всё больше и больше, точнее и точнее, оперативнее и оперативнее. А так всё тоже самое.

В конце концов всё это выродится до полицейских функций линейной пехоты, когда ей останется только убрать трупы и собрать трофеи, но это будет ещё не скоро.

Собственно, чем штурмовая группа отличается от такого масштабного наступления? Более мощным вооружением на человека, поскольку мобильность ей требуется только до цели добраться, большей точностью и слаженностью действий разнородного оружия по одной цели, более оперативным использованием особенностей и разных моментов в обстановке - а так всё тоже самое, беги на пулемёт пока он не очухался и стрелять не начал, а главное успей укрыться когда он заработает.

Зачастую все эти штурмовые группы долго возятся, поэтому в ВОВ им часто ставили блокадные и отвлекающие задачи. Хотя и в ВОВ без штурмовых групп не обходились, но практичнее было сосредоточить 600 стволов на километр и прессовать врага пока наши стрелки не добегут и не насадят его на штык, ну или на автоматную очередь.

К тому же в ВОВ плотность огня стрелкового оружия была 5-7 пуль на метр в начале, как я слышал, и 10-15 пуль на метр в конце. Ну и отсюда также нюансы в тактике. А сейчас стрелковые подразделения в несколько раз, как я слышал, превосходят по огню то что было в ВОВ. И отсюда различия в тактике.

Не думаю, что из всего вышесказанного можно сделать вывод о какой-то ущербности русской тактики по сравнению с немецкой. Скорее наоборот.

 
Гостьизкосмоса
Аватар пользователя Гостьизкосмоса

Что говорит очевидец о русской тактике

"В Дебальцево вату катали по полной программе. Я даже не думал что так ватных чудаков уделают.
В Иловайске все прошло как обычно. Когда по договору должны были оставить границу ( не получался Русский мир, потому и говорил я про СБУ в тылу для защиты ДНР (отличие от Луганской области) то по отступающим войскам начали наносить огонь. Это в стиле русского мира. Вот потому из Дебальцево никто не хотел выходить, помнили Иловайск и продолжали ватных ч-в косить."

Нйдите 10 отличий от ВОВ. Таже штыковая тактика.

 
а
(не проверено)
Аватар пользователя а

 А 600 орудий на километр

 А 600 орудий на километр были?

 
Гостьизкосмоса
Аватар пользователя Гостьизкосмоса

На Зееловских высотах были 600 орудий

на километр? А в Донецком аэропорту?

 
a
(не проверено)
Аватар пользователя a

 а в донецком аэропорту была

 а в донецком аэропорту была позиционная перестрелка

 
Уралец
(не проверено)
Аватар пользователя Уралец

600 орудий в ВОВ

Даже в Берлинской операции не было такой плотности на километр.
И эффект от этого артнаступления был невысокий. О чём Чуйков говорил. 8 УА - 266 стволов на километр, на 7 км участке. По полупустой передовой линии окопов противника.

Где можно про 600 стволов прочитать ?

 

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <img> <a> <em> <i> <strong> <b> <u> <strike> <p> <br> <ul> <ol> <li> <div> <blockquote>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании текста

CAPTCHA
Проверка, что Вы не робот
3 + 9 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.